По двору пробежал тихий шепоток. Кто-то из солдат ухмыльнулся в усы, кто-то отвёл взгляд, стараясь не смеяться в открытую. Лу Ян, стоявший неподалёку в строю, вдруг очень старательно принялся поправлять подпругу, явно пряча улыбку.

— Внук князя, а коня оседлать не может, — донёсся до меня чей-то приглушённый шёпот из задних рядов.

Линь Вэй, хмурясь, посмотрел на меня сверху вниз, и в его взгляде смешались одновременно раздражение и смущение за родственника, будто моя неловкость бросала тень и на него самого.

Что ж. Ладно. Раз так, обойдёмся без коня.

Я выпрямился, отступил на шаг от беспокойного мерина и произнёс достаточно громко, чтобы услышали все:

— Раз я следопыт, то должен сам ступать по земле, мне конь ни к чему. Я побегу.

По двору пробежал новый шепоток, уже удивлённый, но тут с крыльца раздался голос деда:

— Верно. Оставь коня, беги через чащи и болота — отличная тренировка, раз меня не будет рядом присматривать за тобой.

Я замер на мгновение, потом кивнул, изо всех сил сдерживая улыбку.

— Понял, дед.

После этого я развернулся и встал рядом с Лу Яном, который, возвышаясь в седле, теперь смотрел на меня совсем другим взглядом. В его глазах было уважение без всяческой тени прежней насмешки.

Знаменосец поднял стяг с гербом княжества. Линь Вэй, почувствовав, что неловкий момент благополучно задавлен авторитетом деда, скомандовал уже увереннее:

— Вперёд!

Отряд тронулся с места. Всадники один за другим проезжали через главные ворота дворца, копыта коней звонко стучали по каменным плитам. Я легко побежал рядом с конём Лу Яна, не отставая ни на шаг.

Сапоги удобные, дорога впереди ровная, и в лицо снова ударил свежий утренний ветер странствий.

Хорошо!

Дорога заняла почти неделю. Я один бы быстрее добежал раза в два быстрее, но приходилось подстраиваться под общий темп.

Мой конь шёл вместе с отрядом, и вместо меня он нёс короба с лекарствами, которые подготовили в Храме. Я пытался пообщаться с этим парнем и найти общий язык, но, увы, он не давал мне подходить, даже если я держал в руках какие-то вкусности. Меня неожиданно утешили Линь Вэй и офицер Ван, сказав, что кони чуют внутреннюю силу. Например, у деда была та же проблема. Я немного выдохнул, но попыток пообщаться с конём не бросил.

Южные болота оказались значительно дальше, чем я представлял себе по разговорам во дворце. Мы шли на юг от самого Хэмина, минуя горные перевалы, потом спускались через предгорья, прошли через густые леса, и вышли на обширную равнину. С каждым днём воздух менялся: становился теплее и гуще, сильнее пах травой вместо горной хвои и свежих водопадов.

Отряд двигался ровным темпом. Всадники держали строй: Линь Вэй ехал впереди на своём вороном коне, а я бежал сбоку от колонны, то опережая её на разведке, то возвращаясь в общий строй. Мне никогда не было большой проблемой много бегать. Последний год я только этим и занимался…

Зато, стоило отойти от Хемина, появилось кое-что неприятно знакомое. Первую мерзость я почуял на третий день пути, ещё в горах.

Мы как раз проходили через узкое ущелье, где дорога петляла между отвесными скалами, и я, как следопыт отряда, обогнал всех, и шёл впереди, проверяя путь. Мерзкий запах неожиданно ударил в нос. От знакомой вони у меня пробежали мурашки по спине, а тигр, который вечно дремал, вскинулся. Этот запах с гнильцой ни с чем не спутаешь после стольких встреч с подобной дрянью!

Волки-мерзости!

Я поднял руку, останавливая колонну позади, и Линь Вэй тут же придержал коня, вглядываясь вперёд.

— Что там? — спросил он тихо.

— Скверна, — ответил я так же негромко. — Впереди, за поворотом. Я разберусь, придержите лошадей, чтобы они испугались.

Он спокойно кивнул, не начиная спора, и жестом остановил весь отряд. Солдаты замерли на месте, кто-то потянулся к оружию. Никто не суетился, было видно, что все привычные к таким остановкам.

Я взобрался на ближайший валун, чтобы найти обзор получше, и прищурился, вглядываясь в тени между скал. Ага, вот они: три крупных силуэта с клочковатой шерстью, из-под которой то там, то тут проступали тёмные жёсткие струпья. Волки-мерзости стояли неподвижно, будто прислушивались, принюхиваясь и оценивая, стоит ли добыча риска.

Слишком далеко, даже если стрелять из лука, но не для меня.

Я вытащил из-за пояса три свои дротика. Звёздный металл в моих руках отзывался привычным лёгким гулом и дрожанием, будто радовался предстоящей работе.

Я закрыл глаза на мгновение, уточняя свои ощущения, где именно затаились те три твари впереди. Ци металла в дротиках слилась с моим восприятием и моей ци, и я почувствовал, где под шкурами и струпьями бьётся тёмное чужеродное ядро скверны у каждого зверя.

Тигр внутри довольно потянулся, почуяв близкую добычу.