Так что всё звучало довольно разумно. Дед явно подумал наперёд, зная мой характер и мой титул: терпеть команды офицеров, которые ниже меня по культивации, я бы точно не стал, а вот с Линь Вэем мы уже провели один хороший бой, решили наши разногласия и, кажется, начали немного понимать друг друга.

Лу Ян тем временем взял со скамьи свой меч, тот самый, с моим клеймом на лезвии, обнажил и придирчиво осмотрел клинок в свете фонаря, явно проверяя, всё ли в порядке.

— Прекрасно, — сказал он с явным удовлетворением и убрал меч обратно в ножны, потом оглядел меня и нахмурился. — А где ваш меч, наследный князь?

— У меня его нет, — ответил я просто.

Лу Ян моргнул, явно ожидая продолжения, но я не спешил объяснять. В его глазах повис невысказанный вопрос, да и господину Суню тоже было интересно.

— На плацу я тренировался с мечом, и многому научился благодаря деду, тебе и другим офицерам, — добавил я. — Но мой стиль — рукопашный бой.

Лу Ян и Сунь Чанцин посмотрели на меня долгими взглядами, будто пытался понять, шучу я или нет, но задавать лишних вопросов не стали. Видимо, решили, что раз наследный князь так говорит, значит, так оно и есть, а Лу Ян на месте сам всё увидит.

— Как скажете, — только и произнёс мой оруженосец, но по глазам было видно: любопытство в нём кипело нешуточное.

Я подошёл к своей котомке, развязал завязки и проверил содержимое. Дротики лежали на своём месте, аккуратно завёрнутые в кусок ткани, рядом лежали остатки звёздного металла. За месяц я поглотил почти все цепи, которые использовал в ущелье Медведя. Остались только крюки и несколько бесформенных кусков. Возьму всё с собой.

Сунь Чанцин помог мне проверить остальные вещи: смена белья, дорожные лепёшки, немного лечебных мазей, да чистая вода в бурдюке. Лу Ян тем временем аккуратно сложил форму на скамье так, чтобы утром не пришлось искать нужное в спешке.

— Выступаем на рассвете, — напомнил он.

— Знаю, — я потянулся, чувствуя, как усталость наконец берёт своё. — Пойду отдыхать, пока есть возможность.

Сунь Чанцин пожелал спокойной ночи и удалился к себе, Лу Ян тоже поклонился и ушёл в свою комнату.

Я лёг на кровать и уставился в потолок, слушая, как дворец постепенно затихает вокруг меня. Мысли крутились вокруг завтрашнего дня, возвращались к Мэй Сюэ, которая сейчас спала в Храме, потом я прокрутил в голове наш бой с Линь Вэем, чтобы отвлечься от мыслей о жене и предстоящей разлуки, но усталость наконец-то взяла своё, и мои глаза закрылись.

Ночь прошла спокойно, без каких-то примечательных снов и тревог, и я проснулся по своей привычке ещё затемно, полностью готовый к новому дню.

Сунь Чанцин пришёл меня будеть, ещё до того, как небо на востоке начало сереть, но обнаружил меня в медитации. Я проверял своё тело и количество ци. Потраченная на неожиданное перемещение звезда почти полностью восстановилась.

Прекрасно.

— Пора, наследный князь, — тихо сказал мой камердинер, и в его голосе было заметно волнение.

Я поднялся, умылся, оделся в новую форму. Новая ткань сидела пока непривычно, но не мешала двигаться. Мы с Лу Яном наскоро позавтракали в моих покоях: лепёшки, рис, мясо с овощами и крепкий чай, чтобы окончательно разогнать сонливость и проснуться.

— Внизу, у главных ступеней дворца, уже все собрались, — сказал Сунь Чанцин, провожая нас к выходу. — Ждут только князя.

Мы спустились по широкой лестнице, и я увидел отряд.

Два десятка всадников, спешившись, стояли ровными рядами во дворе, кони переступали копытами, звенела упряжь. Утренний воздух был прохладным, а над горами только-только начинал заниматься рассвет, окрашивая небо в блёклый розовый цвет.

Линь Вэй стоял впереди отряда, у подножия ступеней, и я сразу заметил, насколько он напряжён. Подбородок был вскинут чуть выше обычного, а пальцы то и дело сжимались и разжимались на поясе, где висели пустые ножны. Ему сегодня вручат Стальное Перо, фамильную реликвию, за которую он бы, кажется, отдал полжизни ещё месяц назад. Неудивительно, что нервы шалили даже у такого сдержанного человека.

Он коротко кивнул мне, когда я подошёл ближе, я ответил ему так же.

С галереи над двором донёсся шум. Мы поднял голову: там стояли Линь Цзюнь и Линь И. Линь Цзюнь энергично махал веером, а Линь И просто поднял руку в тихом жесте.

— Удачи, братцы! Вернитесь с победой! — крикнул Линь Цзюнь.

Я кивнул им в ответ, и средний княжич просиял, будто получил личное благословение.

В строю я узнал знакомые лица: офицер Ван стоял во втором ряду, подтянутый, с необычным серьёзным выражением на лице. Рядом с ним ещё несколько человек, с которыми я целый месяц тренировался на плацу. Все были собраны, но особого нервного напряжения, которое было у Линь Вэя. Сразу было ясно: привычные к походам люди, они не первый раз выступают за пределы столицы.