— Сэм, условия ты знаешь, — президент Трумэн сложил пальцы перед собой. — Пусть забирают себе все что они захватили. Китай в их зоне интересов. Индокитай не трогаешь, это зона конфликта с Британией и Францией. Мы можем согласиться на репарации. Здесь у тебя поле для торга.

— Хорошо, вам нужен мир.

— Нам всем нужен мир с Японией, — отреагировал президент. — После победы мы все можем пересмотреть.

— Какие у меня средства давления?

— Ниигата. Скажите это слово и добавьте, что можем повторять столько сколько нужно.

Блеф конечно. Однако Гарри Трумэн прошел хорошую школу жизни, он въехал в Белый Дом на плечах партнера и имел все основания и шансы задержаться на следующий срок, а то и не один. Пример трижды президента Рузвельта вдохновлял. Трумэн выходец из фермерской семьи прошел хорошую школу жизни, он знал, когда можно и нужно блефовать.

Присутствовавший при разговоре адмирал Нимитц не мигая смотрел на президента. Сомнения в душе оставались, но Нимитц уже дал себя убедить, что Соединенные Штаты единственный обладатель «Копья Лонгина». Все слабы, все подвластны искушению поверить в свою уникальную неповторимость и избранность. Исключений мало, и они редко достигают высот американской политики.

Перед внутренним взором главкома флота уже прокручивалась цепочка последствий. Выход Японии из игры развязывает руки на южном направлении. Пусть сил у Тихоокеанского флота мало, но у русских еще меньше. Серия атак, одно-два сражения и флот вытеснит русских за гряду Курильских островов.

Аляска повисает без снабжения. Пустынная территория без внешней подпитки сама по себе фактор против оккупантов. Следующим шагом или паническая эвакуация под огнем крейсеров и атаками субмарин, либо полуостров превращается в самый большой в мире лагерь военнопленных. Алеутские острова сами падут без коммуникаций.

Очередной ход. Акцент смещается на юг. При поддержке флота восстанавливается судоходство вдоль Латинской Америки, под аргументом морских калибров меняются местные режимы на правильные демократические, в Штаты идут столь нужные стране ресурсы. Далее, а то и одновременно атомными бомбами выбиваются крепости европейцев, наступает перелом в затяжном сражении за Карибы.

Если к тому времени в стане противников не приключится раскол, флот и воздушные силы найдут способ атаковать уже европейские столицы и порты. Передовые базы в Исландии, Африке? Возможно. Выбор варианта уже тактическое решение, на принцип не влияет.

Война продлится долго, но на ресурсах Латинской Америки можно жить. Экономика получит свежую кровь и вновь раскрутит обороты промышленности. Побеждает сильнейший, в этом и Трумэн, и Нимитц были уверены на все сто процентов.

02 сентября 1945.

Русский 9-й Дальнебомбардировочный авиаполк стоял вдалеке от зоны боевого соприкосновения. Оснащенная новейшими стратегическими «Бастионами» часть обосновалась на аэродромах аж Британской Гвианы. Выбор совсем не случаен и сделан отнюдь не из боязни противника. Точнее говоря, этот фактор тоже учитывался. Новые стратегические сверхсовременные машины требовали серьезного обслуживания и обеспечения, с полком в Америку пришел мощный инженерно-технический тыл. Разворачивать это хозяйство лучше всего там, куда янки точно не дотянутся с ответным визитом и горячим приветом.

Что же касается удаленности от целей, необходимости жечь бензин и скромный ресурс моторов, так это неизбежное меньшее зло. Для отдыха экипажей и дозаправки существуют аэродромы подскока и передовые базы, в качестве которых великолепно подходят полосы тяжелой и тактической бомбардировочной авиации на островах.

Ключевое требование — наличие ровной полосы около двух километров. Бензин обычный авиационный высокооктановый. Бывало, до передовой базы стратеги шли с пустыми бомбоотсеками, нагрузку брали уже там. Самолеты 6-го и 9-го авиаполков уже отметились ударами по Кубе и Каймановым островам. Они наносили визиты, вываливали тонны подарков на американские базы и порты в Гондурасе и Гватемале. Разведывательные модификации видели над Багамами и Мексикой, они проходили над Мексиканским заливом, забираясь в вымороженные верхние слои тропосферы залетали во Флориду и даже фотографировали объекты в Техасе и Новом Орлеане.

Стратегическая авиация союзников изначально жила под режимом повышенной секретности. Меры безопасности баз и тылов поддерживались на уровне. Опять причины понятны всем разумным. Только удивительно наивные люди полагают охрану тыловых объектов излишней роскошью.

Никого не удивило, что в один из дней конца лета у причала Джорджтауна встал крейсер «Князь Вольга». С корабля сняли и сразу погрузили на тралы тяжелых тягачей опломбированные контейнеры. Разгрузка шла ночью при свете прожекторов, само по себе дело для американских баз европейцев нередкое. Поток грузов через Атлантику такой, что в портах по обе стороны океана работа кипела круглосуточно, на смену дня и ночи внимание давно уже не обращали.

Ночью же груз под охраной ушел по трассе на русский аэродром. Меры безопасности конечно строже обычного. Контейнеры прямо на тралах загнали в отдельный ангар. Кроме обычной аэродромной охраны груз контролировали прибывшие на крейсере пластуны.

Будь на базе американский шпион, или просто любопытный человек, он бы обратил внимание, что несколько пластунов выделяются на фоне остальных бойцов. Форма сидит мешковато, нет той самой выправки, кошачьей грации в движениях натренированных бойцов, взгляд другой, нет не столь заметных мелких привычек и реакций выделяющих людей, служивших не в парадных частях.