Команду на палубах «Чесмы» и «Синопа» встретили матами. Для того чтоб опустить пикировщики и торпедоносцы в ангары, а на их место поднять истребители оборонительных эскадрилий требовалось больше часа. Командиры кораблей выходили из ситуации как могли. Так, на «Синопе» вручную перетасовывали машины на палубе, а в рубке «Чесмы» приказали взлетать всем и срочно. Командир авиаотряда отправил на норд звено «Кречетов» с подвесными баками, за ними потянулись «Поморники» с торпедами и новейшие пикировщики «Гагара».

Вице-адмирал Спрюенс оставил на своих тяжелых авианосцах по истребительной эскадрилье из 18-и «Хэлкетов». На легких «Индепенденс», «Бело Вуд» по десятку истребителей. В составе ударной волны ушли 364 самолета. Разумеется, эскадрильи с шести авианосцев шли к цели разными маршрутами. Истребители опять вырвались вперед. Новые пикировщики «Хеллдайвер» обогнали медлительных «Эвенджеров». Но и без того сила шла колоссальная. Страшная небесная орда накатывалась на русские корабли.

Корабли второй эскадры сбили строй, линкоры, крейсера и эсминцы сжали кольцо вокруг драгоценных авианосцев. Корабли рубили волны на полном ходу. Тонкие стволы зениток устремлены в небо. Отсеки задраены. Люди стояли на местах. С норда накатывалась сама смерть.

16 июня 1944. Алексей.

Приказ об изменении маршрута догнал колонну на марше. Не по радио. Мотоциклист поравнялся с командирским «Виллисом» и взмахом руки потребовал остановиться.

Полковник Бользен аж на секунду забыл, что служит в армии США, рука сама потянулась к револьверу, уж больно знакомая своей фатальностью ситуация. Нет, все оказалось гораздо хуже. Сержант штабной роты передал пакет с печатью и подписью генерала Пибоди.

— Остановить марш! — команда Бользена адресовалась уже его людям.

Сделать это не так-то просто, но разобрались. Вспомнили про сигнализацию ракетами. Машины с личным составом и техникой встали на обочине. К Бользену подбежал подполковник Кравченко. Вместе они уже развернули карту.

— Ты думаешь, что и я? — с тревогой в голосе спросил заместитель командира полка.

— Я ничего не думаю. Я не знаю, куда нас несет. Я вообще ничего не понимаю, — дал волю чувствам полковник. Недосып давал о себе знать.

По карте все близко, просто и понятно. На практике к побережью шли десятки таких вот колонн. Хаос на дорогах, заторы на перекрестках заказывали? — Получите, распишитесь.

— Герберзон! — Бользен узнал знакомый характерный профиль заместителя командира второго батальона. — Мы меняем маршрут. Ты в голове со своими разведчиками.

После чего Рихард с удовольствием свалил организацию марша на своего заместителя, а сам раскрыл отдельный конверт. Внутри копоткая записка от Пола Пибоди. Всего лишь название деревушки и время совещания командиров дивизии.

— Кто против нас: русские или немцы? — негромко высказал довлевший над всеми вопрос Николай Кравченко.

— Вчера вечером должны были сбрасывать в море русских. Сегодня не знаю.

С неба донесся рокот. Разговоры разом стихли. Гул моторов приближался. Правее на фоне звезд прошли несколько теней. Шум моторов отдалился, но вскоре послышались приглушенные взрывы.

— Палубники, или базовые?

— Палубники, Моисей. Звук характерный.

— Повезло, не нас, а других бедолаг накрыли, — Герберзон уронил под ноги окурок. — Как же они в темноте на палубы то садятся?

— Значит, нашли способ. По машинам! — минута расслабления сменилась выбросом кипучей командирской энергии. — Капитан Герберзон, ты где должен быть?

Пока перестраивались, пока возвращали убежавший вперед авангард, пока нашли свою разведку, время шло. На следующей развилке пришлось пропускать колонну тяжелых тралов. Рихард курил в машине созерцая проходящие перед ним тягачи с танками на полуприцепах.

Полк опоздал на три часа. Впрочем, ни на что это не повлияло. Как узнал Рихард, когда добрался до дикой деревеньки Рио Бойя, он еще не самый худший командир. Дивизионная артиллерия вообще заблудилась. Батальон тяжелых гаубиц свернул не туда. Бывает. Напутали.

Генерал-майор Пибоди даже не стал ничего высказывать людям за задержки. Впрочем, совещание и так сдвинули на четыре часа. Об этом штаб передал шифровки по радио.

— К делу, — Пол Пибоди упер кулаки в стол. В реквизированном под штаб особнячке собрались только командиры полков, отдельных батальонов и их заместители. Здесь же старшие офицеры штаба «Лафайета».

— Прошу ознакомиться с глубиной задницы, — с этими словами комдив раскатал по столу карту. — Нам туда с головой нырять.