— Вы могли сколько угодно оттягивать этот момент, Артур.

— Не мог, Ард. И вы прекрасно знаете почему.

И, как бы ни было погано и мерзко это признавать, но Ардан действительно знал. Знал и потому и заключил сделку. Он знал, что Пижон убийца, вор, возможно один из самых мерзких ублюдков в их стране, но он все еще человек… чести. Очень извращенной, какой-то совершенно сумасшедшей, абсолютно непонятной, но чести. Пижон заключил соглашение. Они пожали руки. А значит цена будет уплачена. Так, и никак иначе.

Ардан забрал записку, вытер лицо и руки, после чего взял посох и направился к двери. У самого выхода его настиг голос, чем-то напоминающий по звуку спусковой крючок револьвера.

— Ради нас обоих, Ард, постарайтесь… не обосраться.

Ардан бы, наверное, сам бы и не подобрал более емкого слова для описания сложившейся ситуации.

Они впятером обосновались в небольшом кабинете Дагдага, расположенном за стеклом, отделявшим его владения от масштабной мастерской, больше похожей на заводской цех, с очень сложной испытательной площадкой, которой лейтенант управлял при помощи панели с таким количеством тумблеров, рычажков, ручек и всего прочего, что могло щелкать, крутиться, выключаться и включаться, что Ардан вообще сомневался, что нажатием какой-нибудь кнопки нельзя было лишить Лей половину города.

Александр и Дин, сидя в отдалении на единственном диванчике, самозабвенно резались в упрощенную версию Семерки, рассчитанную на двух игроков. Дин порой приподнимал шторку на своем искусственном глазу, а Урский неизменно требовал его не жульничать.

Больше же в кабинете, кроме рабочего стола, явно уже даже не только требующего, но и молящего о ремонте (и попутно страшащегося замены… на что угодно, хоть на сколоченные складские ящики), ничего и не было. Если не считать нескольких шкафов и архивов, но их Арди в подобных местах уже воспринимал как часть данности, нежели элементом интерьера.

— Тридцать пять дней до срока… — Дагдаг сидел на барном стуле и стучал ладонью по столу, заставляя подрагивать стекло, которое использовал вместо сукна.

Под ним покоились какие-то таблицы, чертежи и записи, которыми главный конструктор и снабженец Черного Дома пользовался, видимо, на регулярной основе. А еще расписание чужих смен. Под началом Дагдага трудилось чуть больше двух десятков механиков и инженеров, но их Ардан если и видел, то мельком, да и то всего пару раз.

— И что вы от меня хотите? — спросил, наконец, полудворф.

— Дай-ка подумать, — протянул Милар, постукивая пальцем себя по подбородку. — Слушай, Дагдаг, а ты можешь соорудить такую штуку, которая сразу будет сама за меня отвечать на идиотские вопросы?

— Я могу, Милар, соорудить такую штуку, которая каждый раз, когда у тебя появится непреодолимое стремление к сарказму, будет тебе в задницу вводить громадный, железный фаллос. Как тебе идея? — квадратные зрачки Дагдага слегка сжались, из-за чего стали напоминать ромб. Исключительно дворфийская особенность, связанная с природной приспособленностью к темноте. И, в то же время, подобный момент сигнализировал о раздражении. — Могу даже украсить небольшими кристалликами. Вроде и красиво будет, и разорвет тебе все то, чем ты думаешь вместо мозгов.

— Ну вот опять! — взвыл Дин, заглушая ответную колкость Милара. — Я уже скоро буду тебе свои носки должен.

— Оставь их себе, — буркнул Урский, и они продолжили игру.

Милар с Дагдагом переглянулись, посмотрели на парочку оперативников, и синхронно горестно вздохнули. На какое-то время в кабинете повисла тишина, нарушаемая лишь шлепками ладони по стеклу.

— Я не знаю, Дагдаг, — наконец нарушил молчание Милар. — Честно, понятия не имею. Я себе язык готов отрезать за то, что говорю такое, но Пижон, сука, прав. Мы не имеем права рисковать тем, что Нарихман могут, в теории, знать, что Ард служит с нами.

— Да… — протянул Дагдаг. — вероятность далеко не нулевая.

— Ты можешь его как-то замаскировать? — спросил Милар.

И они оба на сей раз скрестили взгляды уже не на оперативниках, а на скромной фигуре сидящего рядом Ардана. Тот то и дело ерзал на стуле из-за того, что край спинки врезался ему между лопаток.

— Ну, физиономию мы ему поправим, это вообще не проблема, но все остальное, — Дагдаг покачал головой и развел руками. — Рост я ему никак не исправлю, Милар. Ты вот часто видел таких здоровенных людей?

— Рейш Орман с его сыновьями.

— А, ну прекрасно, о Камни и Скалы, раз уж Орманы, то все в порядке, Милар, все просто чудесно.

— Дагдаг, — взмолился Милар и махнул рукой. — Я и сам понимаю, что это звучит по-идиотски.

— Нет, Милар, по-идиотски звучало, когда мы это недоразумение с посохом в руках, сажали за руль моего произведения искусства, которое он помножил на ноль, — Дагдаг, уже отвернувшись от Арда, ткнул в того большим пальцем, чем-то напоминавшим навершие молотка. — А сейчас ты несешь какой-то бред.