Однако сейчас Ятрак смотрел вполне добродушно.

Бергей тоже оглянулся.

— Ну вот что, парни, — сказал Ятрак, — мы тут всё обговорили. Пришли, так сказать, к соглашению.

Он вдруг замолчал и покосился на кота. Тот не изменил позы, только смотрел теперь не на Бергея, а на старшего оборотня. Сурово так. Этакий большой и грозный страшный зверь.

— Ну, короче… Как бы, это самое… — под взглядом Ксенофонта Ятрак вдруг сделался косноязычным.

— Мы возвращаемся домой, — перебил его Тзир, — к Залдасу.

— Мы же договорились дождаться Миррину и Афанасия, — напомнил Дарса очень взрослым рассудительным тоном, будто объяснял бестолковым прописные истины, — у нас денег нет.

Бергей посмотрел на брата так, словно впервые увидел.

И в этот момент хлопнула входная дверь. На пороге термополия возник Харитон. Встревоженный.

— Надо уходить!

— Что случилось? — Евдоксия схватилась за сердце.

— Нужно бежать! Всем. Прямо сейчас! Власти собрались устроить облаву, у прибывшего легата два десятка доносов от язычников!

— Бежать? — пробормотал кто-то из находившихся в это время в термополии христиан, — да как же… Всё бросить что ли? Да разве можно…

— А может, обойдётся? — испуганно прошептала одна из женщин.

— Да вроде бы при нынешнем цезаре наших не казнят, — осторожно вставил ещё кто-то.

— Не казнят, — подтвердил Харитон, — если от веры отречёшься.

— Отречься… Да как же…

— Господи, спаси и сохрани!

— Да как же всё бросить-то…

Одна из женщин заплакала.

— Братья, сёстры, собирайтесь! — увещевал Харитон, — не столбенейте, не ждите, не минует напасть.

— Куда уходить-то? Где скрыться?

Евдоксия быстро подошла к Дарсе, утёрла слезу, нагнулась и проговорила, голосом твёрдым и решительным:

— Дарса, ты Афанасию скажи, чтобы ни в коем случае в Филиппы не возвращался. Пусть пересидит у Кирилла в Фессалоникее.

— Нельзя, — сказал Харитон, — за ним собирается выехать Калвентий и с ним несколько человек. Они хотят Афанасия схватить.

— Значит, — Евдоксия выпрямилась, — пусть с вами едет. Да хоть бы и в Дакию!

Она вдруг задумалась.

— Только вот как ему об этом сказать?

— Да как есть, — удивился Харитон, — как есть Дарса и скажет — мог преследуют в Филиппах всех, кто в Спасителя верует. Нельзя пока возвращаться.

— Нет, — возразила Евдоксия, — так он не послушает, наоборот, стрелой назад помчится, не оставит паству. Надо как-то сделать так, чтобы он о здешних делах не узнал. Другая должна найтись причина.

Дарса посмотрел на Ксенофонта. Кот муркнул.

«Ты же порицал тех, кто говорит неправду».

«Это ложь во спасение, мой мальчик».

— Найдётся причина, — повернулся Дарса к Евдоксии.

— Не медлите, — сказал Харитон, — Калвентий сегодня уже выедет, его нужно обогнать.

— Где он собирается искать? — спросил Тзир.

— Ему известно только то, что Афанасий выехал через Кренидские ворота. Может первым делом заедет в Амфиполь. Если так — вы успеете раньше. Мальчика он при мне ни разу не упоминал, может и не знает его. Тебя и подавно.

— Нужна реда, — сказал Тзир, — а мы надеялись, что деньги на наём как раз привезёт Афанасий.

— Ради такого дела наскребём, — пообещала Евдоксия, — сейчас если за добро цепляться — только Господа гневить.

— А как же вы?! — перепугался Дарса.

— О нас не думай, сынок. Господь милостив. Схоронимся как-нибудь. Езжайте!

* * *

Лошадка была рыжей, с тёмным хвостом и такой же гривой. Она резво перебирала ногами, с каждым шагом приближая путников к дому. Колёса у повозки не скрипели, сидеть в ней было удобно. Даже новый плащ отлично грел, защищал от холодного ветра в пути. Всё это приобрела Миррина. Она покупала сама, но Афанасий одобрил каждую вещь, и хвалил девушку за то, что выбирает с умом, добротное и нужное, а не тратит серебро на всякую ерунду.

Они возвращались домой. Поездка прошла удачно. Деньги, которые Луций оставил на сохранении в аргентарии получили без затруднений. Не все. Их у отставного легионера оказалось довольно много, столько для путешествия по прикидкам Афанасия не требовалось и целиком потрошить фему жениха невеста не стала.

Фема — депозит.

Когда в ящичке с замком зазвенели денарии Миррина воспряла духом и всерьёз поверила в успех задуманного мероприятия. Если так всё легко прошло, значит, дальше тоже всё получится. И потерянный Луций обязательно найдётся.